Очень заботились три джигита о матери Турая. Лосиным молоком её отпаивали, мясом куропаток кормили. Стала она понемногу поправляться. А когда совсем выздоровела, проводили её друзья домой и снова в путь пустились.
А ещё сказать надо, что когда карлик Сам-с-пядь-да борода пядей пять с Тураем бился, сильно его батыр ранил. И из той раны всё время капала кровь и на дороге застывала. Вот по этим следам и отправились три друга-батыра. Шли они шли и привели их следы к глубокому - дна не видать - колодцу.
Турай-батыр говорит товарищам:
- Я в колодец спущусь. А когда надо будет обратно, дам вам знать, вы меня наверх и вытащите.
Полез Турай в колодец. Долго спускался, а когда добрался до дна, смотрит, а дно-то сухое. Поглядел Турай кругом - вроде на какой-то другой свет попал: равнина, а невдалеке и город виднеется. Да ещё и чей-то громкий рёв с той стороны доносится, не звериный, но будто и не человечий.
Добрался джигит до окраины города, зашёл в домик к одной старухе.
- Скажи, бабушка, - спрашивает батыр, - кто это ревёт так?
- А это, сыночек, - та отвечает, - падишах дивов кричит. Царских дочек в чужом краю украл, да с батырами драться пришлось. Сильно раненый, говорят, вернулся. Вот до сих пор и ревёт от боли.
Турай говорит:
- А как бы мне на него посмотреть, бабушка? Ни разу живого падишаха не видел…