4. Надлежит разуметь, что когда славяне, из Вандалии придя, Великой Русью овладели, тогда по власти славянской и сарматы стали славянами, а славяне от обладаемого предела руссами именоваться стали. Однако ж долго историки в сказаниях славян с руссами различали, о чем гл. 40. И Порфирогенит при описании порогов язык русский и славянский различил. Гл. 16, н. 35, 36.
5. Так Нестор рассказывает, что Рюрик, от варяг руссов придя, Русью именовал. Но у Иоакима и самого Нестора руссы прежде Рюрика упомянуты. Ч. II, н. 48 и гл. 30.
6. Сие, может, правильно, потому что германцы о поляках по близости более, нежели о русских, как отдаленных, знали и прославляли. Напротив того, греческие истории, конечно, прежде о русских, нежели поляках, писали. И еще более, Порфирогенит ленчан, или поляков, за подвластных Руси почитает, гл. 16, н. 55, гл. 23. Мешка же Владимир I три раз победил, немалый предел с несколькими городами отнял и жестокий мир с ним учинил, как сами польские историки свидетельствуют, гл. 4, н... и ч. II, н. 154. Разве только что Байер некоторым басням Кромеровым поверил, якобы русские Польше подвластны были, что Стрыковский без сомнения за ложь принимает.
7. Озеро Пейпус, или Чудское, в то время за границу указывает. Явное и самовольное погрешение, ибо озеро хотя так названо не для граниченья, также как озера Переславльское и Галицкое не за границы тех пределов именуемы, а Естляндия и Ливония задолго до того к Руси принадлежали, гл. 14, н. 18, и сам ниже, н. 15, утверждает, а при царе Иоанне договором со шведами оное границею сделано. Корелия же и Финландия никогда чудь не именованы, но корелы и варяги руссы. Гл. 31, ч. II. н. 45.
8. В Сибири чудь. Нигде нет, хотя сарматского или финского языка народов с разными названиями немало. Может, он слышал чукчи при Восточном море или простонародное речение слышал, что древности, такие как городищи, могилы, болван и пр., чудскими называют, хотя оные остатки есть мунгал и других народов.
9. Чудь и скифы разных языков и разного значения названия. О скифах, гл. 11, показано, что от скинии, или кожаных одежд, а чудь, как мордва, тутту (финское) – знаемый, или сосед, так же у греков имя гет. Гл. 12, н. 21 и гл. 35, ч. II, н. 37.
10. Это в Комментариях, том V, стр. 297. Но что будинов, неуров и гелонов в Пруссию переселение указывает, оное ни с Геродотом, ни с Нестором не согласно. И хотя Геродот о них говорит, что к северу пошли, но куда, не означил. Птоломей никоторого из сих не вспоминает. Плиний будинов и пр. при Днепре. Разве голиндов в Пруссии за гелонов почел, а у Нестора в его время гилы и гелоны по Днепру ниже Киева. О неурах ниже, н. 38, в Финландии сказал.
11. О мордве у Порфирогенита не совсем правильно сказано, как в гл. 16, н. 22, изъяснил, то ныне они весьма далеко от того, где во время Константина и долго после до нашествия татар жили. Они с древности именованы меря, сами зовутся море. Их поселение было Ростов, Галич, Кострома и по устье Оки; за Оку Нижегородская, Арзамаская и Шатская провинции, а ныне более в последних за Окою находятся; некоторое же количество между татарами и черемисами в Казанской губернии.
12. Магиары, они же мазары. Турки именуют маджары. Смотри гл. 16, н. 21 и гл. 27, 34.
13. Финская группа взяла за общее имя сарматы. Может, то его от сего древнего названия отвратило, что польские писатели, от того что обладают сарматскими местами обитания, сами зовутся сарматами, принимая оное за единое со славянами, но сию разность Страбон, Плиний, Птоломей и другие довольно разумели. Гл. 13, н. 12, 34, гл. 14, н. 21, гл. 15, н. 45, 55, гл. 12, н. 9, 15, 51.