В тот же год пришел на Москву к великому князю Василию Дмитриевичу князь Даниил Борисович Нижнего Новгорода. В тот же год месяца июня в 10 день гром был в церкви святого Евпатия (?) на Рогатице и молния страшная очень, и иконы попали, и людям многий страх сотворило.
Умер Иоанн, еп. новгородский. Июня в 24 день преставился Иван, владыка новгородский. Положен был в монастыре святого Воскресения на Деревянице в притворе.
Война вятчан на Двину. Жадовский. Рассохин. Колмогоры. Борок. Устюг. С Вятки собрались бояре князя Юрия Дмитриевича, Глеб Семенович с новгородскими беглецами, с Семеном Жадовским и с Михаилом Рассохиным, а с ними вятчане и устюжане съехались в насадах внезапно и повоевали всю землю Двинскую и Заволочскую, и Колмогоры, и Борок Ивановых детей Васильевича, и Емцы взяли и пожгли, и бояр новгородских взяли, Юрия Ивановича и брата его Самсона. И Иван Федорович боярин новгородский, и брат его Афанасий, и Гаврила Кириллович, и Исаак Андреевич, согнав их под Моржем на острове, братию свою Юрия и Самсона отняли и полон весь и имущество взяли, а их отпустили, милость показав. Они же, идя, волость снова повоевали. И тогда Василий Юрьевич, сын посадника новгородского, и Самсон Иванович, и Гаврило Кириллович, собравшись с заволочанами, погнались за ними в погоню и иных поймали, а другие избежали, а иные убиты были. И пошли новгородцы с заволочанами на Устюг, и повоевали, и попленили Устюг, и пожгли.
Мир с немцами. В тот же год новгородцы взяли мир с немцами при посаднике Симеоне Васильевиче и при тысяцком Козьме Терентьевиче.
Мор. В тот же год мор был страшный весьма на людей в Великом Новгороде, и Пскове, и в Ладоге, и в Русе, и в Порхове, и в Торжке, и во Твери, и в Дмитрове, и по волостям, и по селам. И настолько великий был мор, что живые не успевали мертвых погребать, и даже не хватало бывало здравых болеющим служить, но один здравый десятерым и двадцатерым болеющим служил. И на всех тех местах умирали столько всякий день, что не успевали здравые мертвых погребать до захождения солнечного. И многие села пусты были, и во градах, и в посадах едва человек или детище живо обретались, настолько мор оный людный, как серп колосья, пожал людей. Болезнь же такова была: сначала, как рогатиною, ударит за лопатку человека, или против сердца, или под груди, или промеж крыл, или под пазуху; и, разболевшись, человек начнет кровию харкать и огонь внутри разгорится, и после сего пот возьмет, и потом же дрожь берет; и так проходил по всему составу человеческому недуг тот. Железа ж не в одном месте бывала: иному на шее, иному на бедре, иному под пазухою, иному под скулою, иному за лопаткою, иному в паху, и на иных местах. И в болезни полежав, умирали многие с покаянием, иные ж, ангельского иноческого образа сподобившись, от жития исходили. Ибо милосердый Господь Бог ярость свою, милостиво наказуя, на людей своих послал. В Новгороде ж, и во Пскове, и в Торжке, и во Твери обещались люди обетами многими, и в один день по многим местам церкви срубили, и поставили, и освящали; и законы Христовы соблюдать, и в мире и в любви с братиею своею быть, и чужого не похищать обещались. Но подлинно человеческая слабость и рассеянный ум, ибо лишь когда от Бога бывали ярость и гнев, отвращались от злоб своих; когда ж милость и благодать Божия бывала на людях, тогда сходили в забвение и во многом зле, и друг против друга сражались и убивали, и чужое похищали. И милосердый Бог снова возвращал тварь свою на покаяние голодом, мором, нашествием иноплеменных, морозом и громом, молниями, засухами, дождями великими наказывая, да познают сами, ибо хочет преблагий Бог и желает спасения человеческого, и сего ради смиряет.
6926 (1418). Митр. Григорий в Рим. В сентябре Григорий Цамблак, поставленный митрополит в Киеве Витовтовым избранием, сказал к великому князю Витовту Кестутьевичу: «Чего ради ты в ляцком законе, а не в греческом?». Говорил ему Витовт: «Если хочешь не только меня одного видеть в греческом законе, но и всех людей моей земли Литовской, то иди в Рим и вступай в прения с папою и с его мудрецами. И если их переспоришь, мы все в греческом законе и обычае будем. Если же не переспоришь их, собираюсь всех людей державы своей греческого закона в свой латинский закон обратить». И послал его в Рим с панами своими к папе.
Нижегородские ушли. Той же зимой князь Даниил Борисович Нижнего Новгорода с братом своим князем Иваном бежали с Москвы от великого князя Василия Дмитриевича.
Кн. Дашко острожский. Кременец. Свидригайло в заточении. Луцк взят. Той же зимой князь Дашко, сын Федора острожского, по наущению с князем Свидригайлом Ольгердовичем взял град Кременец Витовтов такою кознию. В великий четверток послал прежде себя двух человек, Дмитрия и Илью, а с ними сговорился: «Поедите служить Кондрату Пруссу, воеводе кременскому. Когда приду я ко граду, вы возводь уберите, а мост положите». Они ж поехали к нему и били ему челом в службу. Он же принял их с любовию, а они входить к нему в доверие начали лукавою хитростию. Он же не разумел прелести их, ни на ум ему не взошло сие. А князь Дашко в срок, оговоренный с ними, пришел под град в ночи на Святой неделе с пятьюстами человек. И те советники его, которых послал прежде себя, они же, придя, у града возводь убрали и мост положили. И так князь Дашко Федорович вошел с бывшими с ним во град, и убил Кондрата воеводу и приставов королевских и Витовтовых иссек, а князя Свидригайло из оков высек, который сидел восемь с половиной лет. И оттуда пошел Свидригайло в Угры и взял Луцк, а у волынских бояр полтораста коней отобрал. В тот же год в Новгороде было знамение: в церкви от иконы пречистой Богородицы честного и славного ее покрова шла как кровь по обе стороны ризы ее в месяце апреле.
Смятение новгородское. Еп. Дионисий ростовский. В тот же месяц апрель было волнение в Новгороде, ибо восстала междоусобная брань, и было кровопролитие и убийства между ними многое; и едва смирил их владыка их Симеон. В тот же год Михаил Рассохин убил на Вятке Анфала и сына его Нестера июня в 12 день. В тот же год поставлен был Ростову епископ Дионисий.
1419. Брак Александра. Еп. Обросим коломенский. В год 6927 (1419) в сентябре митрополит Григорий Цамблак пришел в Литву, побывав в Риме и в Константинограде. В ту же осень князь Андрей Дмитриевич тверской пришел в Новгород Великий. И приняли новгородцы, а со псковичами мир взяли. В ту же осень владыка новгородский Симеон был во Пскове на своей поездке по обычаю и месяц судил. Той же зимой князь великий Василий Дмитриевич отдал дочь свою Василису за князя Александра Ивановича суздальского в неделю О мытаре и фарисее. Той же зимой преосвященный Фотий митрополит поставил Обросима епископом Коломне.