— А панораму ты ему показала? — спросил дедушка.
— Ой, нет ещё!
— Как же! Ведь это ему, пожалуй, больше всего понравится… Пойдём, сынок.
Дедушка подвёл Владика к большому ящику без передней стенки и повернул блестящий выключатель.
Внутренность ящика осветилась. Владик увидел ночное небо, охваченное заревом. Слева — горящий дом с пробитой крышей. Из окон вырываются языки пламени и клубы серого дыма. Справа — занесённые снегом деревья. Вдали виден Горбатый мост и построенная поперёк моста баррикада. На ней чернеют фигуры дружинников.
Владик не мог оторваться от панорамы: всё было как живое.
— Это один художник нам сделал, — сказал дедушка. — Это горит фабрика Шмидта. Она тогда, в пятом, вся как есть дотла сгорела. — Дедушка помолчал. — Ну ладно, хватит, сынок. — Он щёлкнул выключателем, и панорама погасла. — Сразу всего не осмотришь. А время позднее.
Владик опомнился:
— Верно! Мне, знаете, давно домой надо. Я ведь сказал — на полчасика.
Они перешли в жилую часть дома, и Владик стал одеваться.