— Товарищи, я думаю, сейчас, когда всё выяснилось, не следует отменять поездку в Краснодон. Нам только надо решить, как быть с Ерошиным и Ваньковым. Мне кажется, их надо простить. Проступок Пети не так уж велик. Тем более, что он признался. И Ванькова тоже не следует лишать поездки.
Тут во весь свой могучий рост поднялся Сергей Сергеевич. То застёгивая, то расстёгивая среднюю пуговицу нового пиджака, он заговорил:
— Товарищи педагоги, что касается моего сына, то я, как отец, обещаю, что буду влиять на него в нужном направлении.
— А вот мы его самого спросим, — сказал Егор Николаевич. — Антон Иванович, позовите Ванькова.
Антон с готовностью, чуть ли не бегом кинулся за Владиком.
И вот Владик вошёл в учительскую. В коридоре он уже, конечно, успел обо всём поговорить с Петей. Его узкие тёмные глаза сияли.
Он шагнул к столу и сбивчиво заговорил:
— Я, я всё понимаю. И я обещаю… от моей единицы даже духу не останется! — Неожиданно он повернулся к учительнице истории и громко сказал: — Спрашивайте, Тамара Степановна, хоть сейчас спрашивайте!
Все невольно рассмеялись. Даже строгая Тамара Степановна улыбнулась:
— Ишь, какой храбрый! Сейчас не сейчас, но завтра спрошу обязательно.