— А теперь нам о меридианах продолжит… — она чуть помедлила, — Петя Ерошин.
Петя нехотя поднялся и стал одёргивать на себе гимнастёрку под ремнём. Кира Петровна прошла вглубь класса, к задней стене, и, заложив руки за спину, прислонилась к ней. Здесь её любимое место. Отсюда ей хорошо видны все парты.
— Мы тебя слушаем, Ерошин.
Ребята обернулись к учительнице. Петя солидно откашлялся и начал:
— Значит, так… меридианы… это, значит, такая… ну, в общем, линия… такая воображающая линия…
Ребята засмеялись.
— Воображаемая, чудак! — подсказал Владик.
— Ну да, — подхватил Петя, — воображаемая… ну и это… соединяемая… — Он сбился и замолчал.
— Что ж ты притих, Петя? — сказала Кира Петровна, возвращаясь к столу. — На переменках ты самый весёлый, самый шумный, а сейчас тебя не узнать. Тихоня, да и только! — Она оглядела класс: — Ну-ка, кто поправит Петю?
Сразу поднялось три десятка рук. Одни мальчики упирали локти в парту, другие высоко поднимали руку и нетерпеливо шевелили пальцами, некоторые подпирали правый локоть левой рукой…