Елена Ивановна жила неподалёку, там же, на Красной Пресне, за Горбатым мостом, рядом с Детским парком. Это был особенный уголок Москвы. Тут старое переплеталось с новым. Рядом с высокими зданиями кое-где видны были ветхие, покосившиеся домики. Рядом с большим новым стадионом тянулся старинный мост имени Пятого года, который раньше назывался Горбатым. Он и верно что горбатый, выгнутый какой-то…
Кира Петровна, опустив голову, шла по мосту. Мысль о том, что ей надо сейчас заботиться о тридцати трёх мальчиках, не давала ей покоя. Ведь их надо всех воспитывать, следить за их поведением, знать, кто чем интересуется, какая у кого семья… Нет, нелёгкое дело поручил ей Егор Николаевич!..
Над крышами показалось солнце, везде заблестели окна, всё пронизалось солнечным золотистым сиянием. По темносинему небу медленно поплыло пухлое облако, похожее на Африку. Кира Петровна глубоко вздохнула. Приятно было видеть солнце после долгих дней ненастья.
Она миновала мост, подошла к маленькому домику, поднялась на утлое крылечко и позвонила.
За дверью, обитой чёрной клеёнкой, раздался тоненький голосок:
— Кто там?
— Киселёва здесь живёт?
Кто-то, громко сопя, долго возился с замком. Наконец дверь открылась, и маленькая девочка подняла свой маленький круглый носик:
— Вы к бабушке?
— Я к Елене Ивановне.