— Он будет смотреть только на способность, — ответила тетя Бася. — Идем скорей, а то у меня фабрика стоит!
Она зашагала быстро, как солдат. Я едва поспевал за ней. По дороге нам попадались знакомые вывески — портные, парикмахеры, сапожники, лавочники, — на каждой в углу была подпись: «Художественный салон Е. Зак».
Спотыкаясь, я бежал за тетей и мечтал: «А вдруг когда-нибудь и моя работа будет висеть по всему городу, и все будут читать: «Гирш Липкин», «Гирш Липкин»!
Я волновался. Тетя ворчала:
— Каждый час — это пол сотни пакетов! Кто мне их вернет?
Зак жил — Тюремная, угол Мощеной. Мы долго шли вдоль
глухого забора. Было лето, цвели каштаны, громадные цветы сияли на них, точно свечи.
— Тетя Бася, вы ему не говорите, что мне девять. Скажите — одиннадцать!
— Что ты меня учишь?
Она толкнула калитку, и я увидел Зака. В тени каштана он писал вывеску: