Стыдно делается за себя, и, робко озираясь, начинаешь вводить себя в бурный поток культурной жизни. Торопишься повидать старых друзей, расспросить, разузнать.
Мы сидим в столовой!
На столе три клейких листа «Tanglefoot», два таких же листа на подоконнике, один на самоварном столике, один пришпилен булавкой к стене.
Всюду извиваются и жужжат мухи.
Мы беседуем с притворным интересом. Следим за мухами — с настоящим.
— Так вы, значит, все лето оставались в городе?
— Что? В городе?.. Да, все лето… Это что, а вот посмотрели бы вы, сколько у нас в кухне! Прямо взглянуть страшно!
— В кухне?
— Ну да, мух.
— У вас, кажется, много нового. В деревне, знаете, как-то мало читаешь…