АНДРЕЙ НИКОЛАЕВИЧ. Я пришел… вернуть вам ваше слово… Я не могу…
КАТЯ. Так вы не любите меня! Боже мой, Боже мой! Говорите же, говорите! Я с ума сойду!
АНДРЕЙ НИКОЛАЕВИЧ (плачет). Я не могу… Мы повенчаемся, а вы на другой день спросите: «Андрюша, что сегодня на обед?» Не могу! Лучше пулю в лоб… Рабство…
КАТЯ. Не любишь! Не любишь!
АНДРЕЙ НИКОЛАЕВИЧ. Мы сговорились с Ваней… Будем учиться… Я буду доктором… сам прокормлю, а ты по хозяйству…
КАТЯ. Ты с ума сходишь? Я, женщина, на твой счет?
АНДРЕЙ НИКОЛАЕВИЧ. Да!.. Да!.. Я так люблю тебя, а иначе не могу. Женщины от власти одурели… Будем ждать… пока я сам прокормлю… Я тебя так люблю, так люблю… по хозяйству… (Обнимает Катю и прижимается к ней.)
Раздается громкий звонок. Сцена темнеет совершенно. Затем сразу освещается. На столе горит лампа. Катя спит на диване. Снова громкий звонок. Катя вскакивает. Через комнату бежит полуодетая горничная и отворяет входную дверь. Входит отец.
КАТЯ (вскакивая). Ай! (Протирает глаза.) Папа? Ты? Ха-ха! Вот радость! Папа, милый, ты знаешь, ведь и мы тоже дряни! Мы, мы, женщины, и я, тетя Маша, все мы такие же. Ах, как я рада! Как я рада!
ОТЕЦ. Да ты с ума сошла! Кто дряни? Что дряни?