— Но я повторяю, вы нужны мнѣ, сказалъ сэръ Питтъ, ударяя кулакомъ по столу, я не могу обойдтись безъ васъ, миссъ Бекки. Этого я не видѣлъ прежде; но теперь, когда вы умчались изъ «усадьбы», это для меня яснѣе солнца. Мой домъ готовъ безъ васъ перевернуться вверхъ дномъ. Въ хозяйствѣ опущенья, недочоты, перечоты, сущій, такъ-сказать, сумбуръ, миссъ Шарпъ. Вы должны воротиться. Вамъ непремѣнно слѣдуетъ воротиться. О, Бекки, милая Бекки, воротитесь на «Королевину усадьбу»!
— Зачѣмъ же я такъ понадобилась, сэръ?
— Затѣмъ, чтобъ быть моей женою, миледи Кроли, если вамъ угодно, сказалъ баронетъ, ухватившись за свою траурную шляпу, — довольны ли вы этимъ? Воротитесь и будьте моей женой; вы къ этому очень способны. Вы лучше и дороже для меня всякой гордой леди. У васъ въ одномъ мизинчикѣ въ тысячу разъ больше мозга, чѣмъ въ головахъ всѣхъ этихъ женщинъ. Хотите ли воротиться на «Королевиму усадьбу»? Да или нѣтъ?
— О, сэръ Питтъ! воскликнула Ребекка.
— Скажите да, милая Бекки, продолжалъ сэръ Питтъ: я старикъ, это правда; но меня хватитъ еще лѣтъ на двадцать слишкомъ. Я могу сдѣлать вась счастливой, и будете распоряжаться по собственной волѣ, чѣмъ и какъ угодно. Передъ смертью я устрою какъ нельзя лучше вашу судьбу, клянусь вамъ въ этомъ. Даже передъ свадьбой, если хотите, вдовій капиталъ будетъ для васъ положенъ въ багкъ. Говорите же — да или нѣтъ, посмотрите на меня!
И старикъ бросился передъ нею на колѣни, страшно моргая своими впалыми глазами, Онъ былъ въ эту минуту оригиналенъ, какъ миѳлогическій Сатиръ.
Ребекка отпрянула назадъ и остолбенѣла. Въ продолженіе всей этой исторіи, она, какъ мы видѣли, въ совершенствѣ владѣла собой и ни разу не теряла присутствія духа; но теперь врожденное мужество, повидимому, отступилось отъ нея, и — миссъ Ребекка Шарпъ заплакала самыми искреннними слезами, какія когда-либо выпадали изъ ея глазъ.
— О, сэръ Питтъ! воскликнула она, о, сэръ… я… я… я уже замужемъ!