— Да кто жь тебѣ сказалъ, что у него есть супруга? отвѣчала Амелія улыбаясь. Джозефъ и не думалъ жениться.
— Вотъ что!!
Очень могло статься, что Амелія говорила объ этомъ еще въ пансіонѣ; но Ребекка, по разсѣянности, совсѣмъ забыла, и ей казалось, что она увидитъ цѣлую группу племянниковъ и племянницъ вокругъ своей подруги.
— Ахъ, какъ это жаль, что мистеръ Седли не женатъ! воскликнула миссъ Ребекка. Я такъ люблю маленькихъ дѣтей!
— Вотъ прекрасно! Маленькія дѣти, я думаю, надоѣли тебѣ и въ Чизвиккѣ, отвѣчала миссъ Амелія, совсѣмъ не подозрѣвавшая такой нѣжности въ своей подругѣ.
Въ самомъ дѣлѣ, миссъ Шарпъ никогда не обнаруживала особенной привязанности къ дѣтямъ; но можно ли было сомнѣваться въ ея искренности? Ей было теперь только девятнадцать лѣтъ.
Толпы предположеній, надеждъ, разсчетовъ, плановъ, мгновенно. образовались теперь въ головѣ невинной дѣвушки, и все это само собою подводилось бодъ одинъ и тотъ же итогъ, который можетъ быть переданъ на простой и ясный языкъ въ слѣдующей формѣ:
— Если мистеръ Джозефъ Седли холостякъ и богатъ, какъ индійскій набобъ, то почему же мнѣ не сдѣлаться его женой? Я могу пробыть здѣсь только двѣ недѣли; короткій срокъ; но… попытка не шутка, спросъ не бѣда.
И Ребекка рѣшилась попытаться. Она удвоила свои ласки къ Амеліи, перецаловала всѣ ея подарки, и поклялась на первый случай, что ей не хотѣлось бы разстаться съ нею никогда, во всю свою жизнь. Въ ту минуту раздался обѣденный звонокъ, и обѣ пріятельницы, сцѣпившись подъ руку, побѣжали внизъ. Передъ дверью гостиной невольная робость овладѣла Ребеккой, и она никакъ не рѣшалась войдти.
— Ахъ, Боже мой, какъ бьется у меня сердце! сказала она взволнованнымъ тономъ своей подругѣ.