Уже мистеръ Осборнъ собирался дать толчокъ какому-то джентльмену въ огромныхъ ботфортахъ, принявшему обязательное приглашеніе мистера Джозефа, уже суматоха, гвалтъ и ссора становились неизбѣжными, какъ вдругъ, въ эту критическую минуту, явился капитанъ Доббинъ, окончившій свою уединенную прогулку въ саду воксала.
— Прочь, глупцы! закричалъ капитанъ, раздвигая во всѣ стороны праздную толпу, которая мгновенно разступилась передъ его марсовскимъ видомъ.
Взбѣшонный и встревоженный, мистеръ Доббинъ свободно вошолъ въ ложу.
— О, Боже мой! Гдѣ ты пропадалъ, Доббинъ? вскричалъ Осборнъ, выхватывая бѣлую кашмировую шаль изъ рукъ своего друга, и закутывая Амелію.
— Останься здѣсь съ Джозефомъ, пока я отведу дѣвицъ въ карету.
При этомъ Джозъ поднялся съ своего мѣста, обнаруживая рѣшительное намѣреніе сопутствовать дамамъ; но мощная рука мистера Осборна оттолкнула его назадъ, и онъ повалился на свой стулъ. Немедленно молодыя дѣвушки вышли изъ ложи, напутствуемыя нѣжными вздохами, привѣтствіями и воздушными поцалуями индійского набоба.
Оставшись одинъ съ капитаномъ, Джозъ залился горькими слезами и повѣрилъ ему тайну своего сердца. Онъ обожалъ миссъ Ребекку, и не мотъ жить безъ нея. Онъ растерзалъ своимъ поведеніемъ благородное сердце этой дѣвицы, и завтра поутру долженъ съ ней вѣнчаться въ Ганновер-Скверѣ, причемъ онъ убѣдительно просилъ капитана быть свидѣтелемъ этого торжественного обряда. Воспользовавшись этимъ обстоятельствомъ, капитанъ уговорилъ разнѣженного юношу выбраться поскорѣе изъ воксала, такъ-какъ нужно было имъ обоимъ немедленно приняться за приготовленія къ свадьбѣ. Онъ посадилъ его въ наемную карету, и расторопный извозчикъ, вѣрный данной инструкціи, благополучно доставилъ мистера Джозефа въ его квартиру.
Джорджъ Осборнъ между-тѣмъ проводилъ молодыхъ дѣвицъ домой, и когда дверь за ними затворилась на Россель-Скверѣ, онъ захохоталъ такимъ образомъ, что привелъ въ изумленіе полицейскихъ стражей. Амелія взглянула на свою подругу очень грустно, когда онѣ всходили наверхъ, поцаловала ее, и, не сказавъ ни слова, отправилась въ свою спальню.
— Завтра, наконецъ, онъ сдѣлаетъ предложеніе, думала Ребекка, да и какъ же иначе? Онъ четыре раза назвалъ меня душенькой, и пожималъ мою руку въ присутствіи Амеліи. Завтра непремѣнно сдѣлаетъ предложеніе.
Точно также, съ своей стороны, думала и миссъ Амелія Седли, для которой теперь уже не было тайнъ въ сердцѣ ея брата. Она думала тоже, какое будетъ на ней платье въ качествѣ невѣстиной подруги, и какіе подарки сдѣлаетъ она своей будущей сестрицѣ, и какую роль сама она будетъ играть на свадебномъ балѣ, и прочая, и прочая.