Исидор пришел в бешенство, увидав, что Джоз надевает венгерку.
- Милорду лучше не надевать военного мундира, - заметил он, - французы поклялись не давать пощады ни одному английскому солдату.
- Молчать! Слышите! - воскликнул Джоз и все еще с решительным видом и с непобедимой твердостью сунул руку в рукав. За совершением этого геройского поступка его и застала миссис Родон Кроули, которая как раз явилась навестить Эмилию и, не позвонив, вошла в прихожую.
Ребекка была одета, как всегда, очень изящно и красиво; спокойный сон после отъезда Родона освежил ее; приятно было смотреть на ее розовые щечки и улыбку, когда у всех в городе в этот день лица выражали тревогу и горе. Она стала смеяться над положением, в котором застала Джоза, и над судорожными усилиями, с какими дородный джентльмен старался влезть в расшитую куртку.
- Вы собираетесь в армию, мистер Джозеф? - спросила она. - Неужели никто не останется в Брюсселе, чтобы защитить нас, бедных женщин?
Джозу наконец удалось влезть в венгерку, и он пошел навстречу своей прекрасной посетительнице, весь красный и бормоча извинения. Как она чувствует себя после всех событий сегодняшнего утра, после вчерашнего бала?
Monsieur Исидор исчез в соседней спальне, унося с собой цветастый халат.
- Как мило с вашей стороны справляться об этом, - сказала она, обеими ручками пожимая его руку. - До чего же у вас хладнокровный и спокойный вид, когда все так напуганы!.. Как поживает наша маленькая Эмми? Расставание, вероятно, было ужасно, ужасно?
- Ужасно! - подтвердил Джоз.
- Вы, мужчины, можете все перенести, - продолжала леди. - Разлука или опасность - вам все нипочем. Признавайтесь-ка, ведь вы собирались уехать в армию и бросить нас на произвол судьбы? Я знаю, что собирались, - что-то говорит мне об этом. Я так испугалась, когда эта мысль пришла мне в голову (ведь я иногда думаю о вас, когда остаюсь одна, мистер Джозеф), что немедленно бросилась просить, умолять вас не уезжать.