Какая-то сила толкнула Мэри из сада над морем к двери виллы. Вошла. На столе лежало письмо от Герсыльки Вассеркранц.
«Представь себе, — писала Герсылька, — Стжижецкий пустил себе пулю в лоб и теперь он между жизнью и смертью в Вене. Это случилось уже давно, десять дней тому назад, но только теперь это известие дошло до Варшавы».
О, море! шумное море!..
Мэри стояла в окне, как мертвая. К подножью виллы подбегало море, что разливалось там, точно чья-то жизнь, волна за волной.
О, мope!
Вдруг на глубинах моря загорелись две злобные звезды. Мэри закрыла глаза.
На глубинах моря замаячил огромный призрак Сфинкса, с глазами блестящими, как две злобные звезды над землей.
Гипнотизирующий взгляд этих глаз вел по волнам моря смерть.
Мэри утонула в этой мысли: смерть…
Потонула в какой-то бездне, все глубже, глубже, глубже…