Мэри чувствует себя одинокой и покинутой. Она стоит под скалой, черной и холодной, прислонилась к ней, беспомощная, безвольная… Ей кажется, что все вокруг нее начинает волноваться и дрожать. И только злобные звезды Сфинкса смотрят на нее невозмутимо. И снова все спокойно вокруг — из-за уступа скалы вышел скелет — смерть — и медленно идет по узкой тропинке, что вьется под скалами вдоль воды, где растут пальмы, отраженные в воде, и далекие деревья с широкими, раскидистыми коронами.
Мэри каменеет от ужаса. Прижалась лбом к скале, но не может не смотреть. Смерть, точно загипнотизированная искрящимся светом глаз Сфинкса, идет и приближается. Бледное отражение плывет за ней по воде… И в этом есть что-то страшное. Мэри хочет бежать, но не может тронуться с места. Смерть стоит перед нею — боже! — протянула руку и положила ей на плечо свою костлявую ладонь.
Мэри чувствует, что умирает от ужаса и страха…
Но глаза Сфинкса сожгли смерть, как сожгли перед тем царственные шествия. И опять ничего — только пустыня…
— Боже! Боже! — стонет Мэри, — избавь меня! Освободи!..
Холодный пот каплями стекает по ее лицу. Она заламывает руки вдоль скалистой стены, плачет и зовет… Молчание ее убивает… Ее убивали каменные боги, которые смотрели на нее недвижными ликами… Она начинает кричать: «Говорите!.. Не молчите!..»
И вот ее охватывает такое отчаяние, что она начинает биться головой о стену… Брызнула кровь…
И она очнулась, хотя это не был сон. Очнулась с головой, свесившейся с кровати, с упавшими на пол волосами, вся в холодном поту. Заслонила рукой глаза… Ей все еще казалось, что на нее смотрят злобные звезды-глаза Сфинкса и жгут на ней рубашку.
Безумный ужас охватил ее.
Она зажгла свечу и спустила сторы. Но свет резал глаза, и она опять потушила свечу. Темнота стала успокаивать ее, и снова стал ее укачивать сон. Но сон опять перешел в какие-то полусознательные грезы. Мэри казалось, что она в каком-то лесу; совсем голая, только волосы закрывают ее всю, до самых пят.