Ах, нет… Лучше было оборвать сразу… Но…
И Мэри почувствовала себя такой же беспомощной, как тогда, когда лошади понесли ее к Пшеховскому озеру.
Шумные волны моря подбегали к ногам Мэри.
Они бежали, тихие, страшные, темные, и разливались у ее ног в черной, бесконечной ночи.
О, шумное море!.. Из глубин моря, из его незримых, шумящих в бесконечной ночи глубин, поднималась какая-то жизнь и шла к Мэри и расплывалась шумными волнами у ее ног волна за волной.
Точно чья-то жизнь разливалась у ее ног волна за волной…
О, море! шумное море!..
Мрак ночи сплывал с отуманенных звезд, катился из бездны в бездну, клубился в пространстве.
Жизнь человеческая шла к ногам Мэри по волнам моря, что рвались к берегам.
Никогда…