Но Гафия и слушать не хотела.
— Ешь, Иванку, не от чужих, — говорила она и вздыхала, — як бы можно было побольше…
— Что дома? — спросил я после паузы.
— Дожди… туманы…
— И здесь дожди… А что вуйко?.. Сердится еще на меня?
Гафия сделала вид, что не расслышала. Она помолчала, а затем, подняв на меня глаза, осторожно спросила:
— А ты як тут, Иванку?
Мне было очень трудно говорить неправду, но из самолюбия и потому, что не хотелось огорчать Гафию, я сказал:
— У меня все хорошо. Теперь только жду решения.
— А не обижают?