— Ни, Иванку, — сказал он строго, — ты еще не пришел, ты еще не так пришел…
30
Ружана просила взять ее с собой на полонину. Горуля охотно согласился, и на рассвете они тронулись в путь.
Мне и самому хотелось пойти с ними, но я сознавал, что нам с Горулей еще тяжело быть вместе, что вчерашний разговор не принес настоящего примирения.
Отговорившись тем, что у меня есть дело на приферменных полях, я остался в Студенице.
Ранним утром следующего дня я отправился к Матлахову двору.
Едва я подошел к воротам, как они, словно навстречу мне, распахнулись, и на сельскую улицу одна за другой вылетели две открытые легковые машины. Они свернули в сторону Воловца и помчались, взвихривая белесую дорожную пыль.
— Кто так рано? — спросил я, столкнувшись у самых ворот со стариком сторожем.
— Паны из города, — ответил старик, налегая плечом на створку ворот, — приехали чуть свет.
— А зачем приезжали, не знаете, диду?