Прокричав это, он опускается на стул и начинает быстро писать, двигая в такт письму нижней челюстью.
Градом сыплются вопросы о жене, родственниках, сослуживцах.
— Что вы можете нам сказать в свое оправдание?
— Я не знаю, какое обвинение мне предъявляют.
— Не знаете? — щурится брюнет. — Вы коммунист?
— Я не был коммунистом.
— Но вы путались с ними? Говорите, какие у вас остались связи?
— У меня нет никаких связей.
— Нет? Вам будет лучше, если вы скажете сразу. Ну?
— Повторяю свой ответ.