И дымно смотрели глаза в сугроб
Из-под опущенных век.
И лошади стали трястись и ржать,
Как будто их гнали с гор,
И глаз ни один не смел поднять,
Чтобы взглянуть в упор.
Уже тот далеко ушел на Восток,
Не оставив на льду следа…
Сказал батальонный, коснувшись щек:
— Я, кажется, ранен. — Да!