— Но ты забыл, несчастный, что я — маркиз Камбиз.
— А ты помнил о том, что я — Бенжамен Ратери?
— Эй, слуги! — закричал, забыв в гневе угрожающую ему опасность, маркиз, — выбросьте этого человека на двор и всыпьте ему сто палочных ударов, мне хочется послушать, как он будет кричать.
— Прекрасно, — сказал дядя, — но через десять минут делать операцию будет уже поздно, а через час вас уже не станет.
— Я пошлю гонца в Варц за хирургом, и он меня оперирует.
— Если ваш гонец застанет хирурга дома, то он поспеет как раз во-время, чтобы присутствовать при вашей смерти и оказать первую помощь госпоже маркизе.
— Но неужели же вы так жестоки? — сказала маркиза. — Неужели приятнее мстить, чем прощать?
— О, сударыня, — изящно поклонившись маркизе, ответил Бенжамен. — Поверьте, что если бы подобное оскорбление было нанесено мне вами, то я отказался бы от мести.
Госпожа де Камбиз улыбнулась и, поняв, что дядю не переубедишь, сама принялась уговаривать маркиза подчиниться неизбежному, так как осталось еще только пять минут.
Маркиз ужаснулся и знаком приказал удалиться двум находившимся в комнате лакеям.