Военное министерство, например, желало знать обо всём, что касается войны в Италии, потому что союзники не верили друг другу. В Италию назначали бригадного генерала главой британской миссии. Миссия, располагавшаяся в Удине, а позднее в Абано, около Падуи, посылала в Военное министерство Англии всю информацию, которую могла собрать.

Эта миссия держала связь со второй британской миссией в Риме. Та имела дело главным образом с работой секретной службы и возглавлялась одним лондонским финансистом (членом парламента), ставшим временно специалистом по шпионажу.

Обе миссии спокойно занимались своим делом, пока в Италию не прибыл из Фландрии довольно важный генерал сэр Герберт Плумер. Он привёз с собой почти весь штаб 2-й армии, стоявший дотоле в Касселе. Генерал Плумер и его пять дивизий были тотчас же включены в состав итальянской армии. Возник вопрос: каким образом ему общаться с Военным министерством и с итальянской армией, одной из составных частей которой были его войска? Через британскую миссию в Падуе или непосредственно?

У генерала Плумера было весьма определённое мнений на этот счёт. Он не хотел, чтоб кто-либо стоял между ним и Военным министерством или итальянской армией.

Так, ни до чего не договорившись, миссия в Абано стала дублировать работу штаба генерала Плумера, расположившегося в 10 милях от Абано, в Новенто.

Установить личность одного немца, живого или; мёртвого, — значит выяснить номер батальона, а, следовательно, и дивизии. Появление новой дивизии на фронте в девяти случаях из десяти может оказаться очередной сменой на отдых, но надо всегда иметь в виду возможность десятого случая.

Вернее всего можно установить номер части по убитым или захваченным в плен бойцам противника. Целью большинства ночных налётов, которые мы обычно производили между боями и которые так раздражали непосвящённую публику, было такое «ознакомление» с противником. С y6итого, доставленного нашим патрулем, прежде всего, снимали жетон, указывавший его личность. Это было вернейшим способом установить личность погибшего и его полк. Вслед за этим с гимнастёрки или шинели срезали погоны с номером или буквами, нарукавные и прочие знаки на одежде или снаряжении. Наконец, забирали его расчётную книжку, карты, письма, дневники, открытки, блокноты и прочее.

Всё это направляли в штаб дивизии. Часто приходилось сидеть часами над такой коллекцией — письмами и одеждой со свежими следами крови.

Документы, официальные и частные, были всегда ценным источником информации. Немцы — большие любители писать письма; они обычно носили с собой личные письма и открытки от десятков товарищей из других дивизий и корпусов. Кстати, первое указание на то, что немцы готовятся к майскому наступлению 1918 года на Шмен-де-Дам, маршал Фош получил из захваченных личных документов и почтовой открытки.

Немцы прибегли к самым современным методам маскировки и обмана, благодаря чему им удалось скрывать свои намерения до 25 мая. А в этот день мы захватили на р. Лис германского солдата, среди вещей которого нашли почтовую открытку из Дана — крупного города позади Шмен-де-Дамского участка. Автор открытки намёками сообщал о предстоящей атаке на Шмен-де-Дам. Копию открытки спешно направили во французский штаб в Компьене, и маршал Петэн постарался подтянуть резервы к угрожаемой зоне. Если ему и не удалось предотвратить прорыва, то всё же удалось смягчить последствия.