Пони рванулся и пропал в густом тумане. Фродо стоял под большими камнями, изо всех сил напрягая зрение, ничего не видел, но ему показалось, что издалека донесся слабый крик: «Эй, Фродо, эй!..» Как будто кричали слева от него, с востока. Со всех ног бросившись туда, он оказался на крутом подъеме.
Карабкаясь вверх, он продолжал громко звать друзей, но сначала ответа не было, а потом он услышал сверху из тумана совсем слабый и совсем далекий отзыв тонкими голосами: «Фродо, эй!..», потом крики: «Помогите! Помогите!..» несколько раз, и долгий вопль, который не стих, а внезапно оборвался.
Фродо изо всех сил полез дальше, не разбирая дороги, вверх, туда, где кричали, но в сплошной темноте не знал даже, выдерживает ли хоть это направление. Подъем казался бесконечным.
Потом вдруг камни под ногами выровнялись, и он понял, что долез до вершины холма или Могильника. Он устал, вспотел и теперь дрожал от Холода. Вокруг сплошная темень.
— Где вы? — жалобно крикнул он.
Никто не ответил. Хоббит постоял, прислушиваясь. Понял, что страшно замерз, и ощутил ледяной ветер: погода менялась. Мимо него клочьями и полосами поплыл туман. Дыхание превращалось в пар, а темнота была уже не беспросветной. Подняв голову, он с удивлением увидел в небе звезды, пробивающиеся в разрывах туч и тумана. Ветер завыл и засвистел в траве.
Вдруг ему послышался сдавленный крик, и он бросился туда, где кричали: мгла расходилась, туман словно откатывался от него в стороны, вверху открылось звездное небо. Фродо понял, что находится на вершине круглого кургана. Вероятно, он влез на него с севера и теперь смотрел на юг. С востока дул режущий ветер. Справа под звездами черной тенью стоял огромный Могильник.
— Вы где? — закричал он снова, сердясь и боясь одновременно.
— Здесь! — ответил ему из-под земли глухой и холодный голос. — Я жду тебя!
— Нет!.. — выдавил из себя Фродо, но убежать не смог. Колени его подломились, и он упал. Ничего не произошло, было тихо… Дрожа, хоббит поднял глаза и увидел высокую темную тень, заслонявшую звезды. Тень нагнулась над ним. Ему показалось, что он видит два глаза, очень холодных, светящихся мертвенным светом, идущим откуда-то издалека. Кто-то сдавил его железной хваткой, ледяной холод пронизал до костей, и он лишился чувств.