— На чем я остановился? — сказал трактирщик, сделав паузу и щелкнув пальцами. — Ах, да, старина Гэндальф. Три месяца назад он входит ко мне в комнату без стука. «Батти, — говорит он, — утром я ухожу. Сможешь оказать мне услугу?» «Все, что в моих силах!» — отвечаю я. «Так вот, я спешу, — говорит он, — и мне самому некогда, и надо передать вести в Хоббитшир. Ты можешь найти кого-нибудь понадежнее, чтобы туда послать». «Найду, конечно, — говорю я. — Завтра найду или послезавтра». «Надо завтра», — говорит он и протягивает мне письмо. Адрес на нем яснее ясного, — сказал господин Медовар, вынимая письмо из кармана, и с важным видом (он гордился репутацией человека грамотного) прочитал: «Господину Фродо Торбинсу, Торба-на-Круче, Хоббиттаун, Хоббитшир».
— Мне письмо от Гэндальфа! — закричал Фродо.
— А, так вы, значит, Торбинс? — сказал Медовар.
— Ну да, — сказал Фродо. — И чем скорее вы мне отдадите письмо и объясните, почему не послали, тем лучше для вас. Это вы и хотели мне сказать? Долго объяснялись, однако.
Бедняга Медовар совсем расстроился.
— Вы правы, господин гость, — сказал он. — Примите мои извинения. Я ужасно боюсь. Если из этого вышли неприятности, что скажет Гэндальф? Но я не нарочно. Я его отложил в надежное место, на следующий день поспрашивал — никто в Хоббитшир идти не собирался; из своих людей я сразу послать никого не мог. А потом одни хлопоты другие захлестывают, вылетело оно у меня из головы. Я же человек занятой. Я все сделаю, что смогу, если смогу теперь положение исправить, только скажите, помогу вам всем, что в моих силах! Я это тоже Гэндальфу обещал, независимо от письма. «Батти, — сказал он мне, — этот мой друг из Хоббитшира может скоро сюда прийти, и не один. Назовется Накручинсом. Имей в виду! И вопросов не задавай. Если меня с ним не будет, а у него будут неприятности и понадобится помощь, окажи любую, сделай все, что можешь, а я тебя отблагодарю», — сказал он. Вот теперь вы пришли, и неприятности, похоже, рядом.
— Что вы имеете в виду? — спросил Фродо.
— Этих Черных, — сказал трактирщик, понизив голос. — Они ищут Торбинса, и будь я хоббитом, если у них хорошие намерения! Появились в понедельник, все собаки выли и гуси переполошились. Жутко, я вам скажу. Ноб ко мне прибежал, волосы дыбом, сказал, что два черных человека у двери спрашивали хоббита по имени Торбинс. Я этих черных послал подальше и дверью хлопнул, но они всю дорогу до Кривки всех спрашивали. И вот тоже Следопыт, Бродяжник, расспрашивал. Рвался к вам еще до ужина, отдыхать мешал.
— Еще как! — вдруг произнес Бродяжник, выходя на свет. — Я избавил бы их от большой неприятности, если бы ты меня пустил, Баттерс.
Трактирщик подпрыгнул от удивления.