Фродо снова лег, но ему еще долго виделись белые вспышки и на их фоне — высокий темный силуэт Бродяжника, молча вглядывавшегося во тьму. Потом он заснул неспокойным сном.
На пятый день, пройдя совсем немного, они оставили позади последние болотца и заросли камыша. Начался подъем. Вдали на востоке прорисовались крутые холмы. Самый высокий стоял отдельно от остальных. Верхушка у него была словно срезанная.
— Это Заверть, — сказал Бродяжник. — Древний Тракт, который мы оставили далеко справа, обходит ее с юга, почти у самого подножия. Мы туда должны дойти завтра к полудню, если никуда не свернем. Надо постараться.
— Почему? — спросил Фродо.
— Да потому что неизвестно, что мы найдем, когда доберемся туда. Там Тракт близко.
— Но мы ведь надеялись встретить там Гэндальфа?
— Надеялись, но надежды совсем мало. Если он вообще пройдет здесь, он может миновать Пригорье и не знать, что мы тут. Встретиться мы можем, только если случайно подойдем одновременно; долго ждать друг друга и ему, и нам одинаково опасно. Раз Всадники не нашли нас в Пустоши, значит, вернее всего, тоже пойдут к Заверти. С нее далеко видно. В этих землях полно птиц и зверей, которые тоже могут нас заметить издалека, хотя бы сейчас, когда мы так открыто стоим. Не всем птицам можно верить, а есть шпионы и похуже их.
Хоббиты с опаской покосились на дальние холмы. Сэм поднял глаза в блеклое небо, словно думал, что над ними уже летают враждебные ястребы или орлы.
— Ну, ты умеешь нагнать страху, Бродяжник! — сказал он.
— Так что ты предлагаешь? — спросил Фродо.