Глоин заговорил об искусных гномах-ремесленниках и поведал Фродо об их великих трудах в Эреборе и Дейле.
— Мы хорошо потрудились, — сказал он. — В работах по металлу, однако гномы уже не такие искусники, какими были их отцы. Многие секреты утеряны. Мы изготавливаем отличные доспехи и острые мечи, но наши кольчуги уже не такие прочные, а клинки не такие острые, как те, что ковались до прихода Дракона. Старину мы превзошли лишь в строительстве и горном деле. Увидел бы ты водопровод в Дейле, Фродо! А пруды, а башни на Горе! Если бы ты прошел по мощеным цветными камнями дорогам и заглянул в пещерные улицы, переходы и подземные залы с арками в виде каменных деревьев, постоял бы под башнями на террасах! Ты бы убедился, что мы даром времени не теряли!
— Постараюсь увидеть и убедиться, если смогу приехать, — сказал Фродо. — Вот бы радовался и удивлялся этим переменам дядя Бильбо! Он ведь знал ваш край, опустошенный драконом.
Глоин посмотрел на Фродо и улыбнулся.
— Ты его очень любил, правда? — спросил он.
— Да, — ответил Фродо. — Я бы не стал смотреть ни на какие дворцы, если бы вместо этого мог его увидеть!
Между тем пир подходил к концу. Элронд и Арвен, встав из-за стола, направились к выходу из Зала, а гости последовали за ними. Через распахнутые двери они прошли в широкий коридор, а затем в следующий зал, в котором не было столов, но ярко горел большой камин, обрамленный резными колоннами.
Фродо оказался рядом с Гэндальфом.
— Это Каминный Зал, — сказал маг. — Здесь поют песни и рассказывают разные истории. Ты услышишь их, если не заснешь. В камине круглый год поддерживается огонь, другого освещения здесь почти нет. В обычные, не торжественные, дни Зал бывает пуст — сюда приходят лишь те, кто хочет в покое посидеть и подумать.
Когда Элронд прошел к приготовленному для него сиденью, эльфы-менестрели заиграли, зал наполнился нежной музыкой. Постепенно сходились гости, и Фродо радостно разглядывал удивительно красивые и веселые лица, оживленные ясные глаза, золотистые отсветы каминного огня на волосах. Вдруг он заметил за камином у колонны маленькую темную фигурку: кто-то сидел на табурете, опершись спиной о колонну и опустив голову на грудь. Его лицо прикрывала складка плаща, а рядом на полу стояла чашечка с питьем и лежал недоеденный ломтик хлеба. Фродо подумал, что бедняга, наверное, болен и не смог пойти на пир (но неужели в Райвенделе болеют?).