Утро переходило в день. Путники смотрели с высоты на запад, где простиралась широкая неровная долина. Почти под ними был овраг, место их последнего привала перед подъемом.
У Фродо болели ноги; он промерз до костей и был голоден. При мысли о длинном и трудном спуске у него закружилась голова, а перед глазами поплыли черные точки. Он протер глаза, но рябь осталась. Внизу под Горой на некотором расстоянии от нее, но довольно высоко, в воздухе действительно носились черные точки.
— Снова эти птицы! — воскликнул Арагорн, показывая вниз.
— Тут уж ничего не сделаешь, — сказал Гэндальф. — Добрые ли они, злые, или им до нас дела нет, а надо немедленно спускаться: следующая ночь не должна застигнуть нас даже у подножия Карадраса!
Холодный ветер хлестал им в спины, когда они, отвернувшись от Багровых Ворот, устало спотыкаясь, начали спускаться. Карадрас победил.
Глава четвертая. СКВОЗЬ ПЕЩЕРНЫЙ МРАК
Наступил вечер, и серые сумерки быстро сгущались, когда Отряд остановился, наконец, на ночлег. Громада гор окуталась сумраком, ветер был очень холодным. Гэндальф снова дал каждому глотнуть из фляги со здравуром, и только после этого неимоверно уставшие путники смогли поужинать, а затем Гэндальф объявил Совет.
— Сегодня ночью мы, разумеется, идти дальше не сможем, — сказал маг, — потому что Карадрас отнял у нас последние силы. Будем отдыхать.
— А потом куда? — спросил Фродо.
— В путь, — сказал Гэндальф. — Наш Поход не кончился, и цель остается прежней. У нас два пути: вперед, к Огненной Горе, или назад, в Райвендел.