— Мы все устали, — говорил он. — Но лучше отдохнем, когда выйдем отсюда. Наверное, никому не хочется оставаться в Мории еще одну ночь.
— Конечно, нет! — сказал Боромир. — Куда пойдем? Вон в ту восточную арку?
— Возможно, — ответил Гэндальф. — Но я еще не могу сказать точно, где мы. Догадываюсь, что если мы шли в нужную сторону, значит, находимся выше и севернее Главных Ворот. Однако найти к ним прямую дорогу может оказаться труднее, чем нам хочется. Может быть, надо идти именно в восточную арку, — давайте сначала осмотримся. Идемте к свету, посмотрим, откуда он проникает в северные двери, — если за ними есть окно, оно нам поможет. Хотя, возможно, там только световая отдушина.
Пройдя за магом под северную арку, они попали в широкий коридор. Чем дальше, тем света становилось больше. Вскоре они увидели, что он проникает в коридор из двери в его правой стене. Каменная дверь была полуоткрыта, перед ней было что-то вроде высокого тамбура с плоским потолком.
Под нажимом дверь повернулась на петлях — за ней оказался большой квадратный зал. Он был освещен довольно слабо, но путникам, долго пробывшим в полной темноте, показалось, что в нем ослепительно светло, и они зажмурились, войдя.
На полу лежал толстый слой слежавшейся пыли, они приподнимали его подошвами, спотыкаясь о какие-то предметы и наступая на осколки. Свет шел из широкой отдушины в противоположной входу восточной стене. Отдушина была пробита в камне слегка наискось, и через нее даже виднелся лоскутик голубого неба. Луч света падал прямо на белую плиту в середине зала, лежавшую на прямоугольном камне около двух локтей высотой.
— Похоже на гробницу, — тихо проговорил Фродо и склонился над плитой, чтобы лучше ее рассмотреть.
Им овладело странное нехорошее предчувствие. Гэндальф быстро подошел к плите и тоже нагнулся. На ней были четко вырезаны руны:
— Это Руны Даэрона, ими пользовались в древней Мории, — сказал Гэндальф. — Надпись сделана на языке гномов и людей: «Балин Сын Фундина Повелитель Мории».