— Очень хорошо, хозяин!
— Ты не раздумал идти со мной? Но это, наверное, будет очень опасно, Сэм. Это уже опасно. Похоже на то, что мы оба не вернемся.
— Если вы не вернетесь, хозяин, так и я не вернусь, а как же иначе? — сказал Сэм. — «Не бросай его!» — сказали они мне. «Как это бросить? — сказал я. — Я бросать не собирался. Пойду за ним, даже если он полезет на Луну. А если эти Черные Всадники попробуют ему помешать, им придется иметь дело с Сэмом Гэмджи», — сказал я. А они смеялись.
— Кто они, и что ты болтаешь?
— Да эльфы, хозяин. Мы прошлой ночью разговаривали. Похоже, они знают, что вы уходите, так что я и не отрицал. Удивительное племя — эльфы, хозяин! Удивительное!
— Да, — сказал Фродо. — Тебе они по-прежнему нравятся?
— Про них, вроде, нельзя говорить «нравятся — не нравятся», — не сразу ответил Сэм. — Они как бы выше этого. Что я про них думаю, им все равно. Они совсем не такие, как я ожидал: старые и молодые, веселые и грустные, — вот так.
Фродо несколько удивленно посмотрел на Сэма, словно ожидая в нем внешних признаков произошедшей перемены. Говорил не тот Сэм Гэмджи, которого, как ему казалось, он хорошо знал. Но увидел он того самого, только необычайно задумчивого.
— Ты что, почувствовал, что тебе надо уходить из Хоббитшира после того, как сбылась твоя мечта их повидать? — спросил он.
— Да, хозяин. Не знаю, как вам сказать, но после этой ночи я стал какой-то не такой. Будто вперед вижу, что ли. Знаю, что дорога перед нами очень длинная, в темноту; и знаю, что мне нельзя сворачивать. Я уже не эльфов хочу увидеть, и не драконов, и не горы — точно не знаю, чего хочу, но что-то я должен сделать, и я здесь, не в Хоббитшире. Я должен все пройти, хозяин, вы меня поняли?