— Вот поэтому и пойдем болотом! — сказал Фродо. — Путь напрямик может оказаться долгим, но трактиры задерживают еще дольше. Надо любой ценой провести тебя подальше от «Золотого Окунька» и до ночи добраться в Бакленд. Что скажешь, Сэм?
— Я с вами, господин Фродо, — сказал Сэм, борясь с собственными предчувствиями и сожалея о лучшем пиве в Восточном Уделе.
Было почти так же жарко, как в предыдущий день, но с запада набегали облака. Похоже было, собирался дождь. Хоббиты с трудом слезли с холма по крутому травянистому склону и углубились в густые заросли деревьев. Они решили пойти правее, оставив Шатры слева, наискось пересечь рощу на восточном склоне холма, выйти на равнину, а потом идти по открытой местности к реке. Фродо подсчитал, что получится восемнадцать миль по прямой. Но когда они двинулись, оказалось, что роща была очень густой, ветви переплетались, корни мешали идти. Пробирались они наобум, без тропы и очень медленно. Продравшись, наконец, через чащу, они оказались у ручья. Его крутые берега поросли вьющимся кустарником, и через него нельзя было перепрыгнуть, вообще нельзя было перебраться, не поцарапавшись, не измазавшись и не вымокнув. Пришлось остановиться.
— Первое препятствие! — невесело усмехнулся Пин.
Сэм Гэмджи оглянулся. Через просвет в деревьях был виден зеленый гребень холма, с которого они спустились.
— Смотрите! — сказал он, хватая Фродо за руку.
Они все подняли головы и увидели над собой на гребне силуэт коня на фоне неба и рядом — черную фигуру, нагнувшуюся над обрывом.
О возвращении речи быть не могло. Фродо первым быстро нырнул в густой кустарник у ручья.
— Фью! — присвистнул он, обращаясь к Пину. — Мы оба правы. Путь напрямик уже горбатым оказался. Еле-еле успели спрятаться. У тебя чуткие уши, Сэм, ты ничего не слышишь?
Они стояли тихо-тихо, затаив дыхание и прислушиваясь, но погони, похоже, не было.