На расстоянии крика от Мораннона знаменосец развернул знамя, трубачи задули в трубы. Герольды сделали шаг вперед и громкими голосами прокричали:
— Выходите на переговоры! Пусть явится Черный Властелин! Мы пришли установить справедливость. Владыка Тьмы виновен в нападении на Гондор и разорении наших земель. Король Гондора требует, чтобы он исправил содеянное и отступил навсегда. Выходите на переговоры!
Наступила тишина. Очень долго не было слышно ни голосов, ни шума в ответ на вызов. По-видимому, Саурон все обдумал заранее и решил поиграть с мышью, прежде чем вонзить в нее смертоносные когти. Посольство уже собиралось поворачивать от Ворот, как вдруг тишину разорвала барабанная дробь, словно гром ударил в горах, а затем раздался такой громкий гул рогов, что камни задрожали, а люди почти оглохли.
С лязгом отворились центральные створки Черных Ворот, и из них вышло посольство Чёрной Башни. Во главе его ехал высокий воин отталкивающего вида, на черном коне, если можно назвать конем гигантское животное со страшной пастью похожей на конский череп головы, из ноздрей и глазниц которой вырывалось пламя. Всадник в черном плаще и высоком черном шишаке был, однако, не Кольценосным Призраком, а живым человеком. Имени этого посланца Барад-Дура не сохранила ни одна легенда. Он, наверное, сам его забыл, потому что сказал:
— Я — Уста Саурона!
Предполагают, что это был отщепенец из племени так называемых Черных Нуменорцев, которые осели в Средиземье во время первого расцвета могущества Саурона и почитали его, поскольку сами были приверженцами Зла.
Этот человек поступил на службу к Саурону сразу после возрождения Черной Башни и, так как был умен и хитер, поднимался все выше в иерархии слуг Саурона и добился его особой милости, став командиром гарнизона Барад-Дура. В подлости и жестокости он был страшнее любого орка, в искусстве черной магии преуспел и знал замыслы своего господина, как свои собственные.
Вот такой посол выехал из Ворот под черным флагом с гербом Красного Глаза, в окружении нескольких солдат в черном.
Остановившись в нескольких шагах от Арагорна и западных полководцев, посол Мордора смерил глазами противников и громко рассмеялся.
— Найдется в вашей стае хоть один достойный вести переговоры со мной? — спросил он.— Или хоть один сообразительный, чтобы меня понять? Ты, что ли? — с издевкой обернулся он к Арагорну.— Чтобы выдать себя за Короля, мало нацепить эльфийскую стекляшку и окружить себя вооруженной голытьбой. Любой разбойник с гор может это сделать!