Фродо, побледневший и измученный, снова стал самим собой. Взгляд его был спокоен, дикое напряжение воли, безумие и страх исчезли. Он освободился от своей ноши. Рядом с Сэмом был его любимый хозяин, как в давние покойные дни в милом Хоббитшире.
— Хозяин! — выдохнул Сэм, падая перед ним на колени.
Мир вокруг него рушился, а его в эту минуту охватила огромная чистейшая радость. Дело сделано, Фродо жив и свободен, как прежде. Тут Сэм увидел искалеченную и окровавленную руку.
— Ой, бедная ваша рука! — воскликнул он, — а мне даже перевязать вас нечем! Лучше бы я свою руку этому гаду отдал по самое плечо! Чтоб он пропал; да и пропал ведь, больше мы его не увидим.
— Не увидим,— сказал Фродо.— Помнишь, как говорил Гэндальф: «Он еще доиграет свою роль, прежде чем все кончится»? Если бы не он, Сэм, я бы не смог уничтожить Кольцо. Мы с таким трудом дошли до цели, и все бы оказалось зря! Простим ему. Теперь наше дело сделано, все кончено. Я рад, что ты со мной, Сэм. Мы вместе в последний час, когда все рушится.
Глава четвертая. ВСТРЕЧА НА КОРМАЛЛЕНСКОМ ПОЛЕ
Вокруг бугров роились солдаты Мордора. Бурлящее море вражеской армии почти захлестнуло отряды Западных Вождей. Солнце было зловеще-красным, а от крыльев Назгулов на землю падали черные тени смерти. Арагорн стоял под знаменами, глаза его сверкали, как звезды, тем ярче, чем темнее становилось вокруг. Гэндальф на вершине бугра сиял чистой белизной: его Тень не коснулась. Атаки врагов разбивались о заслоны, окружавшие бугры, гул сражения разносился по полю, как гневный шум прилива.
Вдруг Гэндальф обратил взгляд к северу, где небо было бледным и чистым. Потом поднял руки и громким голосом, перекрывая шум битвы, закричал:
— Орлы летят!
Этот крик подхватили остальные: