Фродо бегом подбежал к нему, Сэм — за ним.
— Ну, это уж предел мечтаний! — закричал Сэм.— Бродяжник, или я снова сплю!
— Да, Сэм, Бродяжник,— ответил Арагорн.— Далекий путь прошли мы от Пригорья, где я тебе с первого взгляда понравился, помнишь? Далекий путь прошли мы все, но вам двоим досталась самая мрачная дорога.
Сэм окончательно смешался и растерялся, когда Король с поклоном встал перед ними на одно колено, потом взял их обоих за руки, подвел к трону и усадил на него. После этого он обратился к собравшимся и громким голосом, так что все, кто был на поле, могли слышать, прокричал:
— Возгласите невысокликам Великую Славу!
От громких криков из тысяч уст вздрогнуло поле, а когда все стихло, к великой радости Сэма вперед вышел знаменитый гондорский певец, преклонил колени перед Королем и спросил разрешения петь. Вот как он начал:
— Слушайте, рыцари и воины без страха в сердцах, Короли и князья, благородные мужи Гондора, роханские всадники! Слушайте, сыны Элронда и дунаданы с севера! Слушайте, эльфы, гномы и храбрые дети Хоббитшира! К вам я обращаюсь, свободные племена Запада, слушайте мою песню! Ибо петь я буду о славных деяниях Фродо Девятипалого и о Кольце Всевластья.
Услышав такой зачин, Сэм со счастливым смехом вскочил с места и крикнул:
— Это великая слава, как чудесно! Сбылись мои мечты! — и расплакался.
Вместе с ним смеялось и плакало все войско, а когда над их смехом и слезами взвился в поднебесье серебряным и золотым перезвоном чистый голос певца, все сели и умолкли. Певец пел то на языке эльфов, то на Всеобщем языке; сердца слушателей ранила сладость его слов и пронизывала острая и сверкающая, как лезвие меча, радость. Они мыслью летели туда, где боль и счастье сливаются воедино, а слезы веселят, как вино.