— Но ведь я умру,— возразил Арагорн.— Я смертен; хотя в моих жилах течет чистая нуменорская кровь, и я проживу дольше других людей, времени мне отпущено немного. Когда те, кто сейчас еще находятся в материнских утробах, родятся, а потом состарятся, я тоже постарею. Кто продолжит мое Дело, кто будет править Гондором и всеми народами, которые с надеждой смотрят на великий Город? Древо на Площади Фонтана сухое и бесплодное. Увижу ли я знак, что судьба благоволит к нам?

— Отврати взор от зеленого мира и посмотри туда, где все кажется бесплодным и застывшим,— сказал Гэндальф.

Арагорн повернулся и оглядел каменистый склон на границе вечных снегов. Там среди мертвых камней было одно-единственное живое растение. Король поднялся к нему. У самой кромки снега тянулось к небу молоденькое деревце всего в три локтя. Оно уже выпустило красивые продолговатые листья, темные сверху и серебристые снизу. На его верхушке на тонких ветках раскрылось несколько цветков с белыми, словно горный снег, лепестками.

И воскликнул Арагорн:

— Йе! Утувьенис! Я нашел его! Это росток древнейшего древа. Откуда он здесь? Ему еще нет семи лет.

А Гэндальф подошел, оглядел деревце и произнес:

— Это воистину росток из семени Галатэлиона, из плода Тельпериона Красивого семейства Нимлот, древнейшего из деревьев мира, которое имеет много имен. Кто знает, как оно попало сюда, когда пришел его час? Это место священно; может быть, кто-нибудь посадил здесь его семя еще до того, как не стало Королей, раньше, чем увяло Древо на площади. Говорят, его плоды очень редко вызревают, но если это случится, семена сохраняют тайну жизни много лет, и невозможно предвидеть, когда они проснутся и оживут. Помни об этом. Если при тебе созреет драгоценный плод, его семя надо посадить, чтобы род не вымер. Это же семя таилось в горах, подобно тому, как потомки Элендила в северных пустошах. Но род Тельпериона гораздо старше твоего, Король Элессар.

Тогда Арагорн осторожно взял деревце рукой, и оказалось, что оно едва держалось за землю, потому что позволило легко себя вынуть и при этом осталось неповрежденным. Король понес его в город.

Засохшее Дерево выкопали, но не сожгли, а с почетом положили на вечный покой в тиши Рат Динен. Молодое деревце Арагорн посадил на Площади Фонтана. Оно оказалось здоровым и сильным, быстро принялось и радостно росло, а когда пришел июнь, густо покрылось цветами.

— Вот знак, которого я ждал,— сказал Арагорн и расставил стражу на стене.— Мой День недалек.