— Знаю. Денэтор освободил меня от службы. А пока, Берегонд, очень прошу, сделай все, что можешь, чтобы страшное дело не свершилось.
— Повелитель не разрешает без своего приказа покидать пост тем, кто носит черно-белые цвета.
— Тогда выбирай, что тебе дороже — приказ или жизнь Фарамира, — сказал Пипин. — Я убежден, что сейчас мы имеем дело уже не с Повелителем, а с безумным стариком. Мне надо бежать. Если смогу, вернусь.
Хоббит помчался в нижние ярусы. Он встречал людей, бегущих из горящих кварталов, некоторые при виде его оборачивались и что-то кричали, но он ни на что не обращал внимания. Наконец он миновал Вторые Ворота, за которыми почти все горело, но несмотря на это, стояла какая-то странная тишина, слышен был только треск огня — ни криков, ни шума боя, ни лязга оружия. Вдруг раздался ужасный крик. Одновременно земля содрогнулась, послышался глухой рокот.
С трудом превозмогая страх, который чуть не швырнул его на колени, Пипин сделал шаг на открытую пустую площадь у Ворот и застыл, как вкопанный. Он увидел Гэндальфа, но сам съежился и отступил в укрытие за стеной.
Штурм, начавшийся в полночь, не прекращался всю ночь и следующий день. Гремели барабаны. С севера и юга к стенам города подходили вражеские отряды — казалось, им не будет конца.
Гигантские звери из Харата, которых здесь звали мамунами, как ходячие дома, двигались в красных отсветах огня между камнеметами и стенобитными машинами. Предводитель Мордорского войска не беспокоился о том, как будут сражаться его подданные и сколько их погибнет. Он посылал их вперед только затем, чтобы проверить силы осажденных и рассеять их по всей длине стен. Основной удар был направлен на Главные Ворота. Ворота были мощные, кованые из железа и стали, защищенные бастионами и башнями из твердого камня, но все же они были ключом к городу, самым уязвимым местом в стене, которая в других местах была высока и неприступна.
Громче грохнули барабаны. Взвились в воздух языки пламени. Полем к Воротам двинулись тяжелые машины. В середине на цепях качался огромный таран, словно ствол в сотню локтей длиной. Его долго ковали из железа в подземных кузницах Мордора: ударная часть его была сделана из черной стали в форме уродливой волчьей головы с ощеренными зубами и руническими заклятиями на лбу. Этот таран даже имел имя — Гронд: так в древности назывался легендарный молот горных троллей. Его тащили мамуны. Вокруг теснилась туча орков, а за ними шли тролли, силачи, которые умели им пользоваться.
У Ворот Враг встретил сильное сопротивление. Здесь еще держались рыцари Дол Эмроса и самые стойкие воины гондорского гарнизона. Густо летели стрелы и дротики. То и дело вспыхивал огонь, падали камни, рассыпались в щебень зубцы стен и верхушки надвратных башен. Площадь перед Воротами была засыпана обломками, усеяна телами убитых.
Таран полз вперед. Огонь его не брал. Огромные животные, тащившие его, время от времени шалели, топтали орков, но от этого ничего не менялось — трупы отбрасывали в сторону, и место затоптанных занимали новые солдаты.