Первый эоред остановился, поджидая остальных, которые подходили и выстраивались в боевой порядок под серыми деревьями. Король созвал командиров на совет. Эомер послал разведчиков осмотреть дорогу впереди, но старый Ган качал головой.
— Не надо посылать всадник, — сказал он. — Дикий Люди уже все смотрел, что можно видать через плохой воздух. Они сейчас придут и мне все скажут.
Только военачальники собрались, как из-за деревьев осторожно вышли еще несколько оживших пукелов, похожих на Гана. Они что-то сообщили своему вождю на странном гортанном языке. Ган повернулся к Королю:
— Дикий Люди говорит много, — сказал он. — Сначала будь осторожно! За Дин много-много врагов час идти. — Взмахом руки он показал на черную вершину Амон Дин. — Никого нет от нас до новый стены Каменный Город. Там, где стены, большая война. Стены уже не стоят. Гургун их разбивал подземным огнем. Там бревна из черного железа. Гургун ничего не видят, не оглядываются. Думают, их отряд хорошо стерегут все дороги.
Говоря так, старый Ган издавал горлом странные звуки, вероятно, означающие смех.
— Хорошая новость! — воскликнул Эомер. — Мир во тьме, но нам снова светит надежда. Хитрости Врага могут сыграть нам на руку. Даже проклятая Тьма стала нам плащом. Орки сломя голову кинулись на стены и убрали тыловой заслон, которого я больше всего боялся. Они могли бы нас надолго задержать за внешними стенами. Теперь мы можем прорваться!
— Еще раз благодарю тебя, Ган-Бури-Ган, смелый человек из леса!— сказал Феоден. — Пусть будет тебе удача за добрые вести и за то, что показал путь.
— Убей гургун! Убей орк! Больше ничем не сможешь радовать Дикий Люди, — ответил Ган. — Развей плохой воздух. Разруби Тьму светлым железом!
— Ради этого мы и прибыли издалека, — сказал Король. — Попробуем их одолеть. Удастся ли это, покажет утро.
Ган-Бури-Ган присел и бугристым лбом коснулся земли в знак прощания. Потом встал и уже собрался уходить, когда вдруг остановился, поднял голову и принюхался, как лесной зверь. У него заблестели глаза.