Была ночь. Роханские всадники молча мчались по траве справа и слева от дороги. Именно здесь Тракт, огибавший подножие Миндоллуина, поворачивал на юг. Вдалеке, прямо перед ними, пылало красное зарево, освещая темный склон огромной горы. Рохирримы приближались к стенам, окружающим Пеленнор, но день не наступал.
Король ехал в головном отряде, в окружении личной гвардии. Следом ехал эоред Элфхельма. Мерри заметил, что Горедар покинул свое место в ряду и под прикрытием темноты продвигается вперед, пока не оказался сразу за гвардейцами Короля. Вдруг головной отряд остановился. Мерри услышал тихие голоса.
Вернулись разведчики, которые дошли почти до стен, и докладывали Королю.
— Там большие пожары, — говорил один. — Город в огне, а в полях полно врагов. Но похоже, что все они готовятся штурмовать город, атакуют его стену, а у наружных стен солдат мало, и те вокруг не смотрят, только крушат все, что могут.
— Ты помнишь, государь, что сказал Дикий Человек? — спросил второй. — Я в мирное время жил в горах, меня зовут Видфара, я тоже умею ловить новости из воздуха с открытых вершин. Ветер уже изменился. С юга слышен запах Моря, очень слабый, но я его точно узнал. Утром погода будет другая. Когда перейдем первую стену, увидим свет.
— Если это правда, будь благословен до конца дней за счастливую весть, Видфара! — воскликнул Король. Он повернулся к своей свите и произнес громко, так, что первый эоред тоже услышал: — Бьет наш час, всадники Рубежного Края, Дети Эорла! Перед нами огонь и враги, далеко позади родные дома. Помните, вы сразитесь с врагами на чужом поле, но слава, которую вы заслужите, станет вашей на века! Вы поклялись, ныне исполните клятву; будьте верны своему Королю, Родине и дружественному союзу!
Всадники ударили копьями о щиты.
— Эомер, сын мой! Ты поведешь первый эоред, — продолжал Феоден. — Поедешь за королевским знаменем в центре. Как только мы преодолеем внешнюю стену, Элфхельм поведет своих воинов на правый фланг, Гримбольд — на левый. Остальные отряды пойдут за ними, разделившись, как смогут. Бросайтесь прежде всего на большие скопления неприятеля. Более точного плана я пока не могу дать, не зная, что делается на поле. Вперед! Не бойтесь Тьмы!
Головной отряд помчался так быстро, как смог в темноте, — ибо, несмотря на предсказание Видфары, светлеть пока не начинало.
Мерри сидел на коне позади Горедара, левой рукой крепко держась за седло, правой пытаясь высвободить меч из ножен. Горько звучали в его голове слова Короля: «Что ты сможешь делать в битве, которая произойдет на полях Гондора, мой храбрый Мерриадок?.. » «Только одно, — ответил бы он сейчас, — мешать всаднику и в лучшем случае надеяться, что удержусь на коне и не свалюсь под копыта».