— Чудно, — сказал Петр. — А много у вас народа в обители?
— Пять тысяч работников мужска и женска пола, да престарелые на покое, да младенцы…
— И все до одного вольные?
— От неволи ушли…
— Ну что ж мне с вами делать? Ладно, снимайте саваны… Молитесь двумя перстами, хоть одним, — платите двойной оклад со всего хозяйства…
— Согласны, со всей радостью…
— В Повенец пошлете мастеров — лодочников добрых. Мне нужны карбасы и йолы, судов пятьсот…
— Со всей радостью…
— Ну, выпей мое здоровье, Андрей Денисов. — Петр налил из жестяного штофа водки полную чарку, поднес с наклонением головы, Денисов побледнел. Светлые глаза метнулись. Но — достойно встал. Широко, медленно, прижимая два перста, перекрестился. Принял стопку. (Петр пронзительно глядел на него.) Выпил до капли. Сняв скуфью, вытер ею красные губы.
— Спасибо за милость.