Лось и Аэлита спали глубоким сном. Тускуб обернулся к солдатам и приказал, указывая тростью на пещеру:
- Возьмите их.
БЕГСТВО
Военный корабль кружился некоторое время над скалами Священного Порога, затем - ушёл в сторону Азоры, и где-то сел. Только тогда Иха и Гусев могли спуститься вниз. На истоптанной площадке они увидели Лося, - он лежал у входа в пещерку, лицом в мох, в луже крови.
Гусев поднял его на руки, - Лось был без дыхания, глаза и рот - плотно сжаты, на груди, на голове - запёкшаяся кровь. Аэлиты нигде не было. Иха выла, подбирая в пещерке её вещи. Она не нашла лишь плаща с капюшоном, - должно быть Аэлиту, мёртвую или живую, завернули в плащ, увезли на корабле. Иха завязала в узелочек то, что осталось от «рождённой из света звёзд», Гусев перекинул Лося через плечо, - и они пошли обратно через мосты над кипящим в тьме озером, по лесенкам, повисшим над туманной пропастью, - этим путём возвращался, некогда, Магацитл, неся привязанный к прялке полосатый передник девушки Аолов, - весть мира и жизни.
Наверху Гусев вывел из пещеры лодку, посадил в неё Лося, завёрнутого в простыню, - подтянул кушак, надвинул глубже шлем и сказал сурово:
- Живым в руки не дамся. Ну уж если доберусь до земли, - мы вернёмся.
- Он влез в лодку, разобрал рули. - А вы, ребята, идите домой, или ещё куда. Лихом не поминайте. - Он перегнулся через борт и за руку попрощался с механиком и Ихой. - Тебя с собой не зову, Ихошка, лечу на верную смерть. Спасибо, милая, за любовь, этого мы, сыны неба, не забываем, так-то. Прощай.
Он прищурился на солнце, кивнул в остатный раз, и взвился в синеву. Долго глядели Иха и мальчик в серой шубке на улетавшего сына неба. Они не заметили, что с юга, из-за лунных скал, поднялась, перерезая ему путь, крылатая точка. Когда он утонул в потоках солнца, Иха ударилась о мшистые камни в таком отчаянии, что мальчик испугался, - уж не покинула ли так же и она печальную Туму.
- Иха, Иха, - жалобно повторял он, - хо туа мурра, туа мурра…