Так они молчали небольшое время. Понемногу Лось начал чувствовать покой и сладость, - сидеть вот так и созерцать эту чудесную, странную девушку. Гусев вздохнул, сказал в полголоса:
- Хорошая барышня, очень приятная барышня.
Тогда Аэлита заговорила, точно дотронулась до музыкального инструмента, - так чудесен был её голос. Строка за строкою повторяла она какие-то слова. Вздрагивала, поднималась у неё верхняя губа, смыкались пепельные ресницы. Лицо озарялось прелестью и радостью.
Она снова протянула перед собою руку, ладонью вверх. Почти тотчас же Лось и Гусев увидели в углублении её ладони бело-зеленоватый, туманный шарик, с большое яблоко величиной. Внутри своей сферы он весь двигался и переливался.
Теперь оба гостя и Аэлита внимательно глядели на это облачное, опаловое яблоко. Вдруг, струи в нём остановились, проступили тёмные пятна. Вглядевшись, Лось вскрикнул: на ладони Аэлиты лежал земной шар.
- Талцетл, - сказала она, указывая на него пальцем.
Шар медленно начал крутиться. Проплыли очертания Америки, Тихоокеанский берег Азии. Гусев заволновался:
- Это - мы, мы - русские, это - наше, - сказал он, тыча ногтем в Сибирь. Извилистой тенью проплыла гряда Урала, ниточка нижнего течения Волги. Очертились берега Белого моря.
- Здесь, - сказал Лось и указал на Финский залив. Аэлита удивлённо подняла на него глаза. Вращение шара остановилось. Лось сосредоточился, в памяти возник кусок географической карты, - и сейчас же, словно отпечаток его воображения, появились на поверхности туманного шара - чёрная клякса, расходящиеся от неё ниточки железных дорог, надпись на зеленоватом поле - «Петербург» и с боку - большая красная буква начала слова «Россия».
Аэлита всмотрелась и заслонила шар, - он теперь просвечивал сквозь её пальцы. Взглянув на Лося, она покачала головой: