— Нет, поднимай выше — уголовщина в международном масштабе.
— Жаль, — сказал Тарашкин, — а то бы погребли.
Выйдя на боны и глядя, как по всей реке играют солнечные зайчики, Шельга стукнул черенком метлы и вполголоса позвал Тарашкина:
— Вы хорошо знаете, кто тут живёт поблизости на дачах?
— Живут кое-где зимогоры.
— А никто не переезжал в одну из этих дач в середине марта?
Тарашкин покосился на солнечную реку, почесал ногтями ноги другую ногу.
— Вон в том лесишке — заколоченная дача, — сказал он, — недели четыре назад, это я помню, гляжу — из трубы дым. Мы так и подумали — не то там беспризорные, не то бандиты.
— Видели кого-нибудь с той дачи?
— Постойте, Василий Витальевич. Их-то я, должно быть, и видел сегодня.