Но внемлет ответ: «Я тебе не чужой,

Ты, чай, об усобице слышал княжой,

  Везешь Ярослава ты горе!»

«Ну, ври себе! — думает витязь, смеясь, —

  Вот, подлинно, было бы диво!

Какая твоя с Ярославом-то связь?

В Софийском соборе спит киевский князь,

  А горе небось его живо?»

Но дале он едет, гремя и звеня,

  С товарищем боле не споря;