Ой ладо, ой ладушки-ладо!

5

Но род твой не вечно судьбою храним,

Настанет тяжелое время,

Обнимут твой Киев и пламя и дым,

И внуки твои будут внукам моим

Держать золоченое стремя!»

6

И вспыхнул Владимир при слове таком,

В очах загорелась досада —