И месяц как щит над побоищем встал,

Я сел на Гаральдово тело;

29

Недвижные были черты хороши,

Нахмурены гордые брови —

Любуясь на них, я до жадной души

Напился Гаральдовой крови!

30

По синему морю клубится туман,

Всю даль облака застилают,