Третий из народа. Правда, шеи гнуть не умеет! А уж что до порядков, не приведи бог!
Первый из народа. Спуску никому не даст. Говорит: «Я не просился в посадники, а выбрали меня, так уж знайте, кого выбрали!»
Четвертый из народа. За то ему, видно, и Чермный по нраву. Этот также не гнется.
Первый из народа. Ну, Чермный посаднику рознь. В ратном-то деле нет супротив его, а дома уж больно до женского пола охоч; от своей от Натальи души не чает!
Четвертый из народа. Кому до того нужда, коли он в строю не бабится!
Явление 2
Другая толпа — иные в кольчугах.
Пятый (в кольчуге). Что за оторопь на вас нашла? Дали сменить Фому Григорьича, теперь напляшемся с Чермным! До осени миру не будет, до весны кораблей своих не увидим!
Шестой из народа. Чего ж вы, кольчужники, сложа руки сидели?
Пятый. Какой сложа руки! Мы, кричамши, животы надсадили! А как побожился тот чертов посадник, что Чермный город отстоит, тут все, как шальные, пошли реветь: Чермного! Чермного! Не со всем же Новым-городом на драку лезть!