Глинистая, засохшая почва, уж и без того жесткая как камень, была еще покрыта маленькими острыми камешками, которые причиняли мне ужасную боль; солнце жгло мою спину как будто огонь, и пот градом с меня катился. Несмотря на то, я полз, не останавливаясь; но, не предвидя этому конца, спросил тихонько у казака: где лежат сайгаки?
— А вот, изволите видеть кустик с красными ягодами?
— Вижу.
— А там, полевее, прямая травинка?
— Вижу; так что ж?
— Следите глазом все прямо между ягодами и травинкой; ступенях в пятидесяти оттоль торчит как будто сучок: то сайгачьи рога.
Я напряг свое зрение и действительно увидел что-то похожее на сучок.
— Скоро ли мы туда доползем? — спросил я.
— А вот надобно дать немного круга, чтоб подлезть из-под ветра, а то как раз почуют. Да не извольте головы подымать, ваше благородие, тотчас заметят!
Мы опять стали ползти и описали такой большой круг, что я почти выбился из сил.