Тут Артемий Семенович отворил большой шкаф и стал вынимать из него какие-то запыленные модели, похожие на то необыкновенное здание, которое я видел на холме возле дома. По мере того как он вынимал эти модели, он ставил их на стол под ранжир и вскоре совсем его загромоздил.
— Что это такое? — спросил я.
— А как бы вы думали? — сказал Артемий Семенович.
— Мельница?
— Как бы не так!
Тут вошел Трепетинский с какими-то наливками; увидел модели, вздохнул и печально покачал головою.
— Это, сударь мой, — продолжал с довольным видом Артемий Семенович, — это, сударь мой, коли вы слыхали, все разные перпетуум мобиле!
Я не мог утерпеть, чтоб не улыбнуться.
— Мне кажется, — сказал я, — что перпетуум мобиле значит вечное движение; а модели ваши стоят неподвижно.
— Вот то-то и штука, — отвечал Артемий Семенович, нисколько не смешавшись, — они стоят неподвижно, потому что я еще не отыскал для них удобного движителя; но дайте срок, у меня здесь (он ударил себя по лбу), у меня здесь сидит такая выдумка, о которой вскоре заговорят в Европе! A propos[3], «вы сочинитель»?