— Атаманствуй над нами, не то тебе петлю на шею!
— Так, так! — ревели голоса.
— Бьем тебе челом! — кричали другие, — будь нам атаманом, не то повесим!
— Ей-богу, повесим!
Перстень, зная горячий прав Серебряного, поспешил также выйти.
— Что вы, братцы, — сказал он, — белены, что ль, объелись? Чего вы горла-то дерете? Поведет вас князь, куда хотите; поведет чем свет; а теперь дайте выспаться его милости, да и сами ложитесь; уже вволю повеселились!
— Да ты что нам указываешь! — захрипел один, — разве ты нам атаман!
— Слышь, братцы, — закричали другие, — он не хочет сдать атаманства! Так на осину его! На осину, на осину!
Перстень окинул взором всю толпу и везде встретил враждебные лица.
— Ах вы дураки, дураки! — сказал он. — Да разве я держусь вашего атаманства? Поставьте над собой кого знаете, а я и сам не хочу; наплевать мне на вас.