— Все не лучше? — сказал Алексей Александрович.
— Очень беспокойны, — шепотом отвечала няня.
— Мисс Эдвард говорит, что, может быть, у кормилицы молока нет, — сказал он.
— Я и сама думаю, Алексей Александрович.
— Так что же вы не скажете?
— Кому ж сказать? Анна Аркадьевна нездоровы все, — недовольно сказала няня.
Няня была старая слуга дома. И в этих простых словах ее Алексею Александровичу показался намек на его положение.
Ребенок кричал еще громче, закатываясь и хрипя. Няня, махнув рукой, подошла к нему, взяла его с рук кормилицы и принялась укачивать на ходу.
— Надо доктора попросить осмотреть кормилицу, — сказал Алексей Александрович.
Здоровая на вид, нарядная кормилица, испугавшись, что ей откажут, проговорила себе что-то под нос и, запрятывая большую грудь, презрительно улыбнулась над сомнением в своей молочности. В этой улыбке Алексей Александрович тоже нашел насмешку над своим положением.